Олег Савищев, «АйТи»: «Монитор здоровья» – уникальный сервис на российском рынке телемедицины. Информационные технологии, Фармацевтика, медицина, здравоохранение, Россия
 
2017/10/04 16:57:59

Олег Савищев, «АйТи»: «Монитор здоровья» – уникальный сервис на российском рынке телемедицины

Олег Савищев, руководитель проекта «Монитор здоровья» (ГК «АйТи»), в интервью TAdviser рассказал о том, что сдерживает развитие российского рынка телемедицины и каковы перспективы его развития.

Олег
Савищев
Все участники российского рынка телемедицины долго ждали законодательного урегулирования, однако, закон не оправдал ожидания

Формально для телемедицины есть все необходимые условия – повсеместный интернет, медицинские мобильные устройства, облачные платформы, потребность населения в квалифицированной врачебной помощи. Как обстоят дела в реальности?

Олег Савищев: Как и в прочих сферах здравоохранения, бизнеса, социума ожидание и реальность часто не совпадают, и телемедицина - не исключение. Все участники рынка долго ждали законодательного урегулирования, прозрачную правовую основу для своей деятельности. Закон вышел (242-ФЗ), но не оправдал ожидания игроков рынка коммерческой телемедицины, и это, пожалуй, самый важный фактор на настоящий момент. Что касается доступности интернета, сейчас покрытием сотовых сетей связи обеспечено большинство территорий страны, и облачные платформы органично развиваются – тут сдерживающих факторов практически нет.

А вот в части медицинских мобильных устройств с возможностью беспроводной передачи данных дела обстоят сложнее. На рынке представлено много гаджетов бытового назначения, но они не могут быть использованы как медицинские приборы, так как не отвечают официальным требованиям по точности, качеству и безопасности. Производители таких приборов не стремятся зарегистрировать свои изделия в качестве медицинских, с обязательным соблюдением процедур регистрации и сертификации. Мало среди телемедицинских приборов и произведенных в России, хотя есть много интересных разработок.

Можете упомянуть кого-либо из российских, западных производителей медицинских приборов, заметных на рынке?

Олег Савищев: Большинство российских разработок находятся на уровне стартапов. Надеюсь, что со временем они воплотятся в полноценные медицинские приборы, но пока среди российских производителей таких мало. Из западных производителей, заметных на российском рынке, можно упомянуть компании A&D, Roche, SCHILLER.

На каком уровне развития находится рынок российской телемедицины в целом - история становления, основные игроки, динамика роста?

Олег Савищев: Российский рынок телемедицины существует уже давно, но до последнего времени был как бы полулегальным – в связи с отсутствием правовой основы, в первую очередь. На рынке присутствует много игроков, в том числе ассоциированные с крупным бизнесом и с ИТ-гигантами. Не буду упоминать конкретные сервисы, чтобы не делать рекламу одним и несправедливо обходить других. В настоящее время ни один из игроков этого рынка не оказывает полный спектр телемедицинских услуг, каждый работает в своей нише.

Условно игроков рынка можно разделить на следующие группы. Во-первых, это виртуальные онлайн-клиники - дистанционные консультации пациентов, есть регистрация и медицинская лицензия, штат врачей. Во-вторых – т.н. «витрины врачей», фактически - сервис-агрегаторы, предлагающий поиск врачей в разных клиниках. В третьих – компании, предлагающие сервисы удаленного мониторинга, когда используются медицинские приборы с каналом передачи данных, облачные средства обработки данных, часто с использованием искусственного интеллекта. И четвертую группу можно условно назвать «прочие сервисы» - это услуги «второго мнения», сервисы хранения медицинской информации (электронные медицинские карты), отдельные сервисы, привязанные к конкретным медицинским гаджетам.

Что можно сказать об объеме российского рынка телемедицины? Какие существуют экспертные оценки?

Олег Савищев: Данные об объеме российского рынка коммерческой телемедицины сильно разнятся в зависимости от источника информации, и не думаю, что существует экспертное мнение, которое в точности отражало бы истинное положение дел. Связано это с тем, что многие игроки этого рынка – сети медицинских клиник, страховые компании, государственные учреждения здравоохранения - не выделяют свой телемедицинский бизнес из основной деятельности.

Одну цифру можно привести, для общей ориентации: по мнению экспертов госкорпорации «Ростех» к 2020 году российский рынок телемедицины может достичь 300 млрд рублей. Что касается международного рынка, то он окажется на уровне 44 млрд долларов США уже к 2019 году, при сохраняющемся ежегодном приросте в 17,7% (данные BBC Research и IHS). Насколько верны прогнозы, покажет время, но несомненно одно: общий тренд обещает бурное развитие этой отрасли.

Основные проблемы рынка телемедицины?

Олег Савищев: Правовая неурегулированность многих вопросов и правовые коллизии нового закона, который уже прокомментировали многие участники рынка и видные правоведы, - первая проблема. Эксперты сходятся на том, что законодатель, сделав небольшой шаг вперед, в спешке сделал два шага назад. Закон 242-ФЗ глубоко архаичен и не отвечает потребностям рынка телемедицины, для развития которого он принимался.

Вторая проблема – отсутствие единых стандартов регистрации, приема, передачи, хранения и обработки персональных и медицинских данных, включая огромное количество различных, плохо совместимых друг с другом медицинских информационных систем. Третья проблема, которая возникнет в ближайшее время, - вопросы идентификации и персонификации (ЭЦП, биометрическая идентификация и др.). И еще одна важная проблема – конфликт интересов медицинских учреждений, работающих в системе ОМС, и бюджетных регуляторов. Бытует мнение, что телемедицинская консультация - менее затратная услуга, и в сравнении с очным приемом медицинские учреждения теряют доходы в расчете на одного пациента.

Поговорим подробней о 242-ФЗ. Что конкретно пошло не так с этим законом?

Олег Савищев: Законопроект, выдвинутый на обсуждение в Госдуму на первое чтение, содержал разрешительные нормы в части возможности дистанционной постановки диагноза и назначения лечения. Окончательная редакция закона, в которой он был принят, напрямую запрещает это делать. Только явка в клинику и очное общение с врачом позволяет поставить диагноз, телемедицинское общение возможно только в период между очными осмотрами.

Еще один сложный момент в законе – он предусматривает в ходе удаленной консультации однозначную идентификацию личности, поскольку необходимо сохранить медицинскую тайну. Никто не может быть уверен при звонке по телефону, что личность, с которой врач общается по телефону, именно та, которой она представилась. Идентификация как врача, так и пациента предусмотрена по нескольким каналам – высококвалифицированная ЭЦП, идентификация через портал госуслуг, биометрическая идентификация.

И на самом деле, должен сказать, что государство абсолютно правильно делает, что защищает пациента, его врачебную тайну, но на данный момент нет реально работающих инструментов этой защиты. ЭЦП на сегодня нет ни у врача, ни у пациента. Клиники могут завести ЭЦП для врачей, но это дополнительные расходы, причем их регулярно требуется обновлять. И дело не только в отсутствии ЭЦП – требуются еще специальные медицинские информационные системы, в которых персональная информация могла бы надежно храниться.

Что касается идентификации через портал госуслуг, то она тоже затруднена, а в части биометрии закон опережает рынок – данная технология еще не получила широкого распространения. Таким образом, 242-ФЗ позволяет проводить удаленные медицинские консультации, но, поскольку идентификацию личности провести невозможно, то консультации фактически тоже проводить нельзя.

И тем не менее рынок телемедицины существует. Как на практике осуществляется идентификация пациента, защищаются каналы связи?

Олег Савищев: Кто как может, так и идентифицирует, и защищает. Фактически же пока многие участники рынка работают с нарушением этого закона. Что касается нашего сервиса «Монитор здоровья», мы работаем напрямую с лечебно-профилактическими учреждениями, и у нас ситуация более менее благополучная в этом плане. Мы не обрабатываем персональные данные, только передаем и храним, но – храним обезличенно. Договор на хранение и обработку персональных данных заключается между пациентом и клиникой. Так что мы закон соблюдаем.

Тема партнерства коммерческих и государственных структур время от времени появляется на повестке дня. Насколько это актуально для сферы телемедицины? Что делается в данном направлении?

Олег Савищев: Тема ГЧП в телемедицине пока не решена окончательно. В настоящий момент мы не попадаем под схему ГЧП, поскольку оказываем информационную услугу на базе собственной ИТ-платформы, а ИТ на сегодня не включены в объект соглашения в рамках ГЧП и концессионного соглашения. Это, конечно, во многом тормозит развитие ИТ-отрасли. Отмечу, что в настоящее время закон о ГЧП дополняется и дорабатывается, ожидается, что изменения будут приняты в следующем году.

Если попробовать провести сегментацию потенциальной клиентской базы – по социальному признаку, месту проживания и др. – какая категория российского населения ближе всего к тому, чтобы на практике пользоваться услугами телемедицины уже сегодня?

Олег Савищев: На рынке массовых услуг основной потребитель – это граждане трудоспособного возраста, с активной жизненной позицией и устойчивыми доходами. Это люди, не имеющие серьезных проблем со здоровьем, но нуждающиеся в периодической медицинской консультации. Грубо говоря – пациенты коммерческих клиник. Есть и другая, менее привлекательная и достаточно малочисленная в контексте коммерческой телемедицины клиентура - это люди, имеющие установленные диагнозы хронических заболеваний и не нуждающиеся в постоянном мониторинге состояния здоровья. Возраст любой, чаще – зрелый и даже пожилой, и, собственно говоря, это пациенты государственных медицинских учреждений.

Почему пациенты госучреждений, на ваш взгляд, менее нуждаются в услугах телемедицины?

Олег Савищев: Потому что у них, как правило, уже установлен диагноз. Им нужны рецепты на бесплатные лекарства, периодические обследования с целью корректировки лечения, нужны лекарства, а не удаленные консультации. Коммерческая телемедицина ориентирована на людей, которым не хочется терять время на посещение поликлиник, желающих все сделать быстро, в соответствии с современным ритмом жизни. Почувствовав временное ухудшение самочувствия, они получают возможность не покидая рабочего места позвонить врачу и проконсультироваться.

Насколько осведомлены и ментально готовы представители этой активной прослойки пользоваться услугами телемедицины?

Олег Савищев: Те, у кого есть полис ДМС, предоставляемый работодателем как дополнительный бонус, хорошо осведомлены и вполне готовы.

Наверное, для сельской местности, где оказание медицинских услуг наиболее затруднено, телемедицина была бы особенно актуальна. Происходит ли что-нибудь позитивное на данном направлении? Есть опыт региональных проектов?

Олег Савищев: В этом секторе телемедицины уже очень давно ведется серьезная работа, и конечно, это прерогатива государственных ЛПУ. Новые технологии в данном случае лишь дополняют традиционные подходы к лечению и профилактике заболеваний. В результате стало возможным и получение услуг даже в тех районах, где нет фельдшерско-акушерских пунктов и медицинского персонала как такового, хотя в масштабах рынка это малозначительная доля. Сервис «Монитор Здоровья» участвует в подобных проектах. Например, мы работаем в Ханты-Мансийском АО, где на огромных территориях иногда это единственный способ оперативно получить медицинскую консультацию. Отмечу, что есть еще одна сфера, где медицинские услуги труднодоступны и телемедицина востребована, - это корабли, самолеты, вахтовые поселки и прочие места компактного проживания.

Что представляет собой сервис «Монитор здоровья»? Как он вписывается в общий контекст развития сферы медицинских услуг для населения – коммерческой и государственной?

Олег Савищев: Напрямую с пациентами мы не работаем, наши клиенты – лечебные учреждения. По соглашению с ними мы как провайдер предоставляем услугу дистанционного мониторинга здоровья с помощью телемедицинских приборов, а также дистанционное консультирование и хранение медицинской информации.

Решение представляет собой сервис для контроля жизненно-важных показателей здоровья человека, автоматического многоуровнего и омниканального реагирования на критические изменения параметров с целью дальнейшего правильного подбора лекарств и лечения. При этом «Монитор здоровья» обеспечивает дистанционное взаимодействие врачей, пациентов и медицинской организации. Отмечу, что «Монитор здоровья» в настоящий момент является уникальным решением на российском рынке телемедицины.

Какие новые технологии используются сервисом? Как они работают?

Олег Савищев: Используется, например, технология обработки больших данных и отчасти – искусственного интеллекта. Накапливая данные о состоянии пациента, анализируя их, мы получаем некую моду, то есть усредненное значение параметров нормы, присущих данному человеку, в различных жизненных ситуациях. И если впоследствии система замечает критическое отклонение от нормы, она автоматически выдаст предупреждение, которое получит и пациент, и врач. Если же ни врач, ни пациент не отреагирует на предупреждение, включается вызов тревожных служб и их выезд на место, где находится пациент. На этот случай у нас есть служба тревожного реагирования, использование которой прописывается в SLA, включая информацию о родственниках, с которыми можно связаться.

Что можно сказать о технической стороне сервиса – на какой облачной платформе он реализован, какие медицинские устройства можно подключать уже сегодня, как быстро подключаются новые (устройства)?

Олег Савищев: Сервис использует облачную платформу собственной разработки, отвечающую всем государственным требованиям хранения и обработки персональных и медицинских данных. Серверы, на которых размещена платформа, являются высокопроизводительными, отказоустойчивыми и максимально защищенными. Что касается приборов, то в настоящее время их порядка десяти, в планах к концу года обеспечить поддержку не менее двадцати.

Приборы различного назначения, регистрируют множество параметров, основное требование – наличие у прибора беспроводного канала передачи данных. В наших планах отдавать основные предпочтения продукции отечественного производства, так как среди них есть современные интересные решения, но пока многие из них, как я уже говорил, на уровне стартапов. Новые устройства интегрируются в систему нашими инженерами и программистами, и получают постоянную прописку в системе после тщательного тестирования на стендовой модели, и после клинико-технической апробации. Наша платформа предоставляет производителям устройств доступ к API для максимально простой интеграции.

Имеются ли в портфеле компании реальные проекты внедрения сервиса? Что ограничивает его распространение?

Олег Савищев: Реальные проекты в нашем портфеле имеются, конечно. На сегодня мы охватили нашим сервисом всю Московскую область, активно работаем над его распространением в Москве. Определенным ограничением выступают инвестиционные возможности компании, ведь мы покупаем медицинские приборы на свои средства, после чего предоставляем их в аренду лечебным учреждениям, с которыми заключается договор. Поэтому скачкообразной экспансии в нашем случае быть не может, развиваемся эволюционно.

188