Алексей Козлов, ГК Softline: Гибридные и мультиоблачные стратегии с нами надолго
Гибридные и мультиоблачные архитектуры становятся ключевым инструментом цифровой трансформации: они помогают компаниям ускорять вывод продуктов на рынок, оптимизировать расходы и снижать риски. В чем отличие между «гибридом» и «мультиоблаком», какие сценарии их использования наиболее востребованы у заказчиков в России и с какими подводными камнями сталкивается бизнес в процессе миграции, рассказывает Алексей Козлов, руководитель продукта IaaS «Софтлайн Облако» ГК «Софтлайн».
Козлов
Алексей, давайте начнем с основ. Что такое «гибридное облако» и «мультиоблако»? В чем их принципиальная разница?
Алексей Козлов: Эти понятия спокойно сосуществуют друг с другом. Если говорить просто, то гибридное облако — это про интеграцию и оркестрацию, когда часть инфраструктуры on‑premises, а часть в облаке. Например, если у компании есть серверная, и она покупает хотя бы одну виртуальную машину в любом публичном облаке, то она автоматически становится счастливым обладателем гибридного облака.
Мультиоблако — это работа с двумя и более публичными облачными провайдерами. Это уже про выбор лучшего сервиса из предложений нескольких поставщиков. Типичный пример — использование виртуальных машин у двух разных провайдеров, потому что у одного есть нужный GPU, а у другого — привлекательные условия по цене.
На практике заказчики часто сочетают оба подхода: и гибрид, и мультиоблако.
Почему мультиоблачные и гибридные среды приобретают в России такую популярность?
Алексей Козлов: Есть целый ряд причин, которые можно разделить на специфические для нашего рынка и общемировые. К первым я бы отнес:
- Импортозамещение. Компании отказываются от западных облаков, но хотят сохранить удобную модель OPEX. Увидев, что локальные провайдеры предлагают сопоставимый, а часто и превосходящий набор услуг, качество и сервис, они спокойно идут на смену провайдера.
- Требования законодательства. Например, 152-ФЗ «О персональных данных» предъявляет жесткие требования к инфраструктуре. Заказчики ищут облака, которые обеспечивают соответствие на уровне платформы виртуализации и ЦОД.
- Удорожание и усложнение закупок. Обновлять «железо» и ПО on-premises становится все сложнее, проще переложить задачи по обновлению и сопровождению инфраструктуры на плечи облачного провайдера.
Есть и универсальные факторы, которые работают для рынка ИТ-услуг в любой стране.
Первый — это сокращение time-to-market. Для бизнеса все чаще критична скорость вывода продукта на рынок. Облако в этой модели становится способом выиграть время: компания может быстрее получить готовые вычислительные мощности и сервисы, не тратя месяцы на закупки оборудования, строительство инфраструктуры, найм и обучение персонала. Провайдеры сегодня умеют настраивать среду под конкретные требования заказчика, что кардинально ускоряет запуск новых продуктов.
Второй драйвер — оптимизация затрат. Гибридная модель особенно эффективна при скачкообразной нагрузке: базовая инфраструктура остается у заказчика, а пиковые потребности закрываются за счет публичного облака. Мультиоблако дает бизнесу финансовую гибкость: позволяет сравнивать предложения разных провайдеров, тестировать их сервисы и выстраивать экономически наиболее выгодную модель потребления ресурсов.
Третий фактор — стремление избежать так называемого vendor lock-in, жесткой привязки к одному поставщику. Сегодня все меньше компаний готовы сознательно «запереть» себя в экосистеме одного вендора на годы вперед. Мультиоблачный подход позволяет сохранять свободу маневра, распределять нагрузки между платформами и в любой момент полностью мигрировать от одного провайдера к другому.
Какие сценарии использования гибридных облаков сегодня являются самыми популярными?
Алексей Козлов: Один из типичных, классических сценариев — поэтапная миграция рабочих нагрузок из собственных ЦОДов в публичное облако. Не все компании готовы сразу перенести все системы в облако, обычно переход выполняется постепенно. Как правило, первыми переносят некритичные сервисы: вспомогательные бизнес-приложения, тестовые среды. Ключевые и чувствительные к задержкам системы остаются в собственном контуре до тех пор, пока не будет принято решение о целесообразности ее миграции, полностью подготовлена и протестирована целевая архитектура. Таким образом удается получить все самое лучшее от обоих вариантов размещения. Для примера многие наши теперь уже крупные клиенты начинали с размещения в облаке всего нескольких виртуальных машин.
Второй сценарий — «умное» резервное копирование и аварийное восстановление (DRaaS). Мы, например, предоставляем заказчикам площадки в разных регионах России, включая Урал, Сибирь, а также в СНГ и Дальнем Зарубежье. Многие выбирают Softline Облако именно из-за возможности построить с нашей помощью географически распределенную инфраструктуру. Например, часть наших крупных заказчиков из Москвы размещает резервные площадки для критичных сервисов в дата-центре в Новосибирске. Такая модель, в сочетании с заранее проработанным также с нашей помощью планом восстановления (DRP) и регламентами RTO/RPO, обеспечивает катастрофоустойчивость ключевых сервисов и гарантирует непрерывность бизнес-процессов.
Третий сценарий — использование облака для разработки и тестирования. Продуктив продолжает работать on-premises, а среды dev/test выносятся в облако. Это удобно там, где нужно быстро развернуть десятки или сотни виртуальных машин и так же быстро их освободить после завершения работ. Такая модель актуальна, в частности, для наших клиентов из сферы образования: им периодически нужны большие вычислительные ресурсы на короткое время. Модель оплаты по фактически потребленным ресурсам (Pay As You Go) позволяет реализовать такие проекты с минимальными затратами.
А какие сценарии чаще всего выбирают компании при переходе к мультиоблачной стратегии?
Алексей Козлов: Здесь популярна комбинация сервисов от разных поставщиков. Например, SAP на Azure, а веб-сайт на AWS. Второй сценарий — геораспределение, когда дата‑центры ближе к конечным пользователям позволяют снизить задержки и обеспечить более быстрый отклик. Третий — использование уникальных PaaS‑сервисов. Допустим, у одного провайдера сильнее предложения по GPU, у другого — по Big Data‑аналитике. Плюс сюда же относится процесс миграции: компании могут временно работать в мультиоблачной среде, переходя от одного поставщика к другому.
Все это звучит заманчиво. Но наверняка есть и подводные камни?
Алексей Козлов: Безусловно. Главный вызов для команды заказчика — сложность управления. Несколько облачных сред означают разные консоли, API, инструменты и операционные модели. Если раньше компании было достаточно пары администраторов, то в мультиоблачной архитектуре приходится выстраивать новые процессы, роли и зоны ответственности.
Чтобы помочь заказчикам адаптироваться, мы предлагаем технологические инструменты для централизованного управления мультиоблачными средами, помогаем привести процессы эксплуатации к единому стандарту, а также проводим обучение.
Второе — безопасность и комплаенс. В разных средах действуют разные модели разграничения доступа, сетевые политики и требования к защите данных. Построение единого контура безопасности в разнородной среде требует глубоких и разносторонних компетенций.
В этой части мы обычно работаем не только как провайдер инфраструктуры, но и как консультант: помогаем с адаптацией архитектуры, выстраиванием процессов информационной безопасности и приведением решений в соответствие с требованиями регуляторов и внутренними политиками заказчиков.
Третье — управление затратами. В отличие от традиционной процедуры закупки оборудования, в облаке развернуть лишние ресурсы можно буквально парой кликов — и в результате получить «облачный шок» от счетов. В мультиоблаке эта проблема умножается на количество провайдеров.
Для снижения этих рисков мы предоставляем инструменты прогнозирования и контроля потребления, а также регулярно проводим технические и финансовые аудиты инфраструктуры, выдаем рекомендации по оптимизации и помогаем заказчикам выстроить прозрачную модель управления расходами.
Какие инструменты и практики помогают успешно справиться с этими вызовами?
Алексей Козлов: Здесь в помощь приходят современные подходы:
- Контейнеры и Kubernetes стали стандартом де-факто для переносимости приложений между средами.
- Инфраструктура как код (IaC). Такие инструменты, как Terraform, Crossplane, Pulumi, дают возможность эффективно управлять ресурсами в любом облаке через код.
- Платформы управления и оркестрации (Unified Management), такие как наше решение «Инферит Клаудмастер», позволяют администрировать разнородные среды из одной консоли, абстрагируясь от вендоров. Для аналогии можно вспомнить VMware Tanzu, Red Hat OpenShift, Azure Arc, AWS Outposts, Google Anthos.
- Платформы облачной компетенции (Cloud Center of Excellence, CCoE). Это внутренняя команда или кросс-функциональный комитет, который разрабатывает стандарты, лучшие практики и управляет облачной стратегией компании. Это критически важный элемент, которому многие пока не уделяют достаточного внимания.
Мультиоблако во многом связано с конкуренцией провайдеров. Как сегодня выглядят «ценовые войны» на рынке?
Алексей Козлов: Сегодня российский рынок облачных услуг — это рынок покупателя. Он зрелый, предложений много, качество услуг и SLA — на высоком уровне. У нас, например, SLA составляет 99,982%, — это уровень, сопоставимый с ведущими международными практиками.
В условиях жесткой конкуренции заказчики могут легко мигрировать от одного провайдера к другому, либо использовать КП конкурента в качестве инструмента переговоров с текущим партнером. Особенно это актуально для модели IaaS, где перенос виртуальных машин давно отработан. Поэтому провайдеры постоянно улучшают сервис, добавляют новые возможности. Многие делают ставку на PaaS и SaaS — их сложнее переносить, чем IaaS. Но, так или иначе, конкуренция держит всех игроков в тонусе и работает в интересах клиентов.
Какие тренды в использовании гибридных и мультиоблачных моделей будут оказывать наибольшее влияние на рынок?
Алексей Козлов: Ответу на этот вопрос можно посвятить отдельную статью. Однако здесь я бы хотел выделить один из актуальных трендов — абстракция рабочих нагрузок от инфраструктуры или даже облачной платформы, все большее размытие границ между понятиями локальная инфраструктура, облако №1, облако №2 и т.д. Бизнесу все менее важно, на каком железе или в каком облаке работает решение. Важно, чтобы сервис работал стабильно и закрывал бизнес‑задачу. В связи с этим будет расти роль провайдеров управляемых сервисов (MSP) и системных интеграторов, которые возьмут на себя всю сложность управления гибридными и мультиоблачными средами. Возможно, даже сами понятия «гибридное облако» или «мультиоблако» выйдут из обращения или трансформируются во что-то другое.
Опираясь на такие прогнозы компания «Софтлайн Облако», предлагает не просто «коробочный» IaaS, а полный цикл — от консалтинга и миграции до техподдержки и полного управления инфраструктурой клиента, вплоть до операционных систем и приложений внутри виртуальных машин. В эпоху сложных гибридных сред такой комплексный сервис становится ключевым фактором успеха для бизнеса.
Гибридные и мультиоблачные стратегии с нами надолго. Они не заменят полностью on‑prem, как интернет не заменил телевидение, а телевидение не заставило людей забыть о театре. Но как изменилось отношение к театру, так и отношение к локальной инфраструктуре тоже постепенно меняется.
Клиент все чаще будет приходить к провайдеру не за железом или виртуальной машиной как таковой, а за сервисом под конкретную бизнес-задачу — с высокой доступностью, предсказуемой производительностью и понятной моделью ответственности.
